Главная » Русские народные сказки

Глиняный парень

Жили-были старик да старуха. Не было у них детей. Старуха и говорит:
— Старик, вылепи из глины паренька, будто и сын будет.
Старик вылепил из глины паренька. Положили его на печку сушить. Высох парень и стал просить есть:
— Дай, бабка, молока кадушечку да хлеба мяку-шечку,
Принесла ему старуха это, а он съел все и опять просит:
— Есть хочу! Есть хочу!
И съел он у старика со старухой весь хлеб, выпил все молоко и опять кричит:
— Есть хочу! Есть хочу!
Нечего ему больше дать. Глиняный парень соскочил с печки и съел бабку с прялкой, дедку с клюшкой — и пошел на улицу.
Идет навстречу бык, глиняный парень говорит
ему:
— Съел я хлеба пять мякушек, молока пять кадушек, бабку с прялкой, дедку с клюшкой — и тебя, бык, съем!
Да и съел быка.
Идет дальше. Навстречу дроворубы с топорами. Глиняный парень и говорит:
— Съел я хлеба пять мякушек, молока пять кадушек, бабку с прялкой, дедку с клюшкой, быка с рогами — и вас всех съем! И съел дроворубов с топорами.
Идет дальше. Навстречу ему мужики с косами да бабы с граблями. Глиняный парень им говорит:
— Съел я хлеба пять мякушек, молока пять кадушек, бабку с прялкой, дедку с клюшкой, быка с рогами, дроворубов с топорами — и вас всех съем!
Съел мужиков с косами да баб с граблями и дальше пошел. Встретил глиняный парень козла и говорит:
— Съел я хлеба пять мякушек, молока пять кадушек, бабку с прялкой, дедку с клюшкой, быка с рогами, дроворубов с топорами, мужиков с косами, баб с граблями — и тебя, козел, съем!
А козел ему говорит:
— Да ты не трудись, стань под горку, а я стану на горку, разбегусь да тебе в рот и прыгну.
Стал глиняный парень под горку, а козел разбежался с горы да рогами в брюхо как ударит! Тут и рассыпался глиняный парень.
И вышли из брюха бабка с прялкой, дедка с клюшкой, бык с рогами, дроворубы с топорами, мужики с косами да бабы с граблями.
Всех козел избавил. КАК СТАРУХА НАШЛА ЛАПОТЬ
Шла по дороге старуха и нашла лапоть, Пришла в деревню и просится:
— Пустите меня ночевать!
«- Ну, ночуй — ночлега с собой не носят,
— А куда бы мне лапоть положить? ‘— Клади под лавку.
— Нет, мой лапоть привык в курятнике спать. И положила лапоть с курами. Утром встала и говорит:
— Где-то моя курочка?
—— Что ты, старуха,— говорит ей мужик,— ведь у тебя лапоть был!
—— Нет, у меня курочка была! А не хотите отдать, пойду по судам, засужу!
Ну, мужик и отдал ей курочку.
Старуха пошла дальше путем-дорогой. Шла, шла — опять вечер.
Приходит в деревню и просится:
—— Пустите меня ночевать!
—— Ночуй, ночуй — ночлега с собой не носят,
—— А куда бы мне курочку положить?
— Пусть с нашими курочками ночует.
—— Нет, моя курочка привыкла с гусями. И посадила курочку с гусями. А на другой день встала:
— Где моя гусочка?
— Какая твоя гусочка? Ведь у тебя была курочка!
— Нет, у меня была гусочка! Отдайте гусочку, а то пойду по судам, по боярам, засужу!
Отдали ей гусочку. Взяла старуха гусочку и пошла путем-дорогой. День к вечеру клонится. Старуха опять ночевать выпросилась и спрашивает:
— А куда гусочку на ночлег пустите?
— Да клади с нашими гусями.
— Нет, моя гусочка привыкла к овечкам.
— Ну, клади ее с овечками. Старуха положила гусочку к овечкам. Ночь проспала, утром спрашивает:
—— Давайте мою овечку!
— Что ты, что ты, ведь у тебя гусочка была!
Нет, у меня была овечка! Не отдадите овечку, пойду к воеводе судиться, засужу!
Делать нечего — отдали ей овечку.
Взяла она овечку и пошла путем-дорогой.
Опять день к вечеру клонится. Выпросилась ночевать и говорит:
— Моя овечка привыкла дома к бычкам, кладите ее с вашими бычками ночевать.
— Ну, пусть она с бычками переночует, Встала утром старуха:
— Где-то мой бычок?
— Какой бычок? Ведь у тебя овечка была!
— Знать ничего не знаю! У меня бычок был! Отдайте бычка, а то к самому царю пойду, засужу!
Погоревал хозяин — делать нечего, отдал ей бычка.
Старуха запрягла бычка в сани, поехала и поетг
— За лапоть —куру, За куру — гуся, За гуся — овечку, За овечку — бычка, Шню, шню, бычок, Соломенный бочок, Сани не наши, Хомут не свой, Погоняй — не стой…
Навстречу ей идет лиса:
— Подвези, бабушка!
— Садись в сани.
Села лиса в сани, и запели они со старухой:
— Шню, шню, бычок, Соломенный бочок, Сани не наши, Хомут не свой, Погоняй — не стой…
Навстречу идет волк:
— Пусти, бабка, в сани!
— Садись.
Волк сел. Запели они втроем: — Сани не наши, Хомут не свой, Погоняй — не стой…
Навстречу — медведь:
— Пусти в сани!
— Садись.
Повалился медведь в сани и оглоблю сломал.
Старуха говорит:-
— Поди, лиса, в лес, принеси оглоблю!
Пошла лиса в лес и принесла осиновый прутик,
— Не годится осиновый прутик на оглоблю. Послала старуха волка. Пошел волк в лес, принес кривую, гнилую березу.
— Не годится кривая, гнилая береза на оглоблю.
Послала старуха медведя. Пошел медведь в лес и притащил большую ель — едва донес.
Рассердилась старуха. Пошла сама за оглоблей.
Только ушла — медведь кинулся на бычка и задавил его. Волк шкуру ободрал. Лиса кишочки съела. Потом медведь, волк да лиса набили шкуру соломой и поставили около саней, а сами убежали.
Вернулась старуха из леса с оглоблей, приладила ее, села в сани и запела:
— Шню, шню, бычок, Соломенный бочок, Сани не наши, Хомут не свой, Погоняй — не стой…
А бычок ни с места. Стегнула бычка, он и упал. Тут только старуха поняла, что от бычка-то осталась одна шкура.
Заплакала старуха и пошла одна путем-дорогою.