Главная » Сказки для детей

Как три богатыря врагов победили

Корейская народная сказка

В давние времена жил на юге бедный старик. Рано утром уходил он в горы, до самого вечера рубил дрова, а вечером продавал дрова на рынке. Тем он и жил, потому что не было у него ни земли, ни сада.

Вот как-то раз пришёл старик в горы, вдруг слышит — плачет кто-то жалобно, тоненько, будто комар пищит. Подошёл старик к тому месту, откуда плач раздавался, видит — лежит в траве крохотный мальчик и горько плачет. Жалко его старику стало. Снял он с себя рубаху, завернул в неё малыша и принёс домой.

С тех пор стал мальчик у старика жить. Напоит его старик молоком и уйдёт за дровами, а малыш в колыбели лежит, старика дожидается.

Долго ли, коротко ли, вырос мальчик большим и сильным. Начнут ребята друг с другом бороться — всех поборет, побегут наперегонки — первым прибежит. Вот его и прозвали «Чансу», что значит «богатырь».

В один прекрасный день пришёл Чансу к старику и говорит:
— Возьми меня, отец, в горы. Я тоже хочу дрова рубить.

Засмеялся старик:
— Куда тебе в горы, Чансу? Мал ты ещё ходить туда.

А Чансу не отстаёт:
— Посмотри, какой я сильный. Недаром ведь меня Чансу прозвали.

Согласился старик. Смастерил он маленькое чиге , надел его сыну на плечи и повёл мальчика в горы.

Нарубил Чансу дров, набросал полноэ чиге и домой понёс. Нёс-нёс, а верёвка, на которой чиге висело, вдруг как лопнет — дрова на землю так и посыпались. Уж очень много наложил их Чансу.

Сплёл тогда старик десять верёвок и к чиге привязал. Целый день носил Чансу дрова, а на другой день столько дров наложил, что все десять верёвок полопались.

— Ты бы, сынок, поменьше дров клал, — говорит старик, — тяжесть-то какая.

А Чансу смеётся:
— Разве это тяжесть? Да они словно пёрышки. Сделай-ка мне, отец, верёвки железные.

Стал старик железные верёвки ковать. Сбежались люди на те верёвки глядеть, и Чансу тоже смотрит, просит потолще сделать. Сделал старик железные верёвки, прикрепил их к чиге. Надел Чансу чиге на спину и пошёл в горы.

Вот уж солнце село, а Чансу всё нет. Стал старик беспокоиться: не заблудился бы сын. Собрал он соседей, и пошли они Чансу искать. Обошли все тропки, заглянули во все расщелины — нет Чансу.

Вдруг видят крестьяне — торчит посреди дороги непонятное что-то: скала не скала, дерево не дерево. Подошли ближе да так и ахнули: стоит перед ними Чансу, столько дров в чиге наложил, что самого за дровами не видно.

Стал ему старик выговаривать:
— Ах ты такой-сякой, тебя вся деревня ищет, а тебе и горя мало! Что ты тут делаешь? Почему домой не идёшь?

— Прости, отец, — отвечает Чансу. — Я уж совсем было домой собрался, да вот ещё одно дерево срубить надумал.

Покачали головой соседи: вот ведь какой силач уродился!

Вернулись они в деревню, а там их недобрая весть встретила: напали на страну жестокие чужеземцы, города и сёла жгут, малых детей убивают.

Узнал об этом Чансу, поклонился отцу в ноги:
— Отпусти меня, отец, страну защищать. Не хочу, чтобы чужеземцы в деревню пришли.

Заплакал старик:
— Как же я без тебя останусь, сынок? Как один жить буду? Да и ты у меня еще мальчик совсем. Ведь их целая орда!

Улыбнулся Чансу:
— Кто на родной земле да за правду борется — всегда победит. Не горюй, отец, прогоним врагов, и вернусь я к тебе.

Сказал он так, взял лук да стрелы и пошёл врагам навстречу.

Шёл он день, шёл другой и дошёл до высокой скалы. Хотел Чансу подойти ближе, да не тут-то было: злой ветер с ног валит, шагу шагнуть не даёт. «Что за чудо? — думает Чансу. — Ведь не было ветра». Огляделся он по сторонам, видит — неподалёку великан спит, а из ноздрей у него такой ветрище дует, что скала шатается.

— Эй ты, проснись! — кричит Чансу.

А великан и не думает просыпаться. Стал тогда Чансу камешками в великана бросать. Вздрогнул во сне великан, как загудит всё вокруг, как затрещат деревья высокие, и вдруг — трах-та-ра-рах1 — рухнула скала: великаньего вздоха не выдержала.

Проснулся великан, протёр глаза.

— Кто меня разбудил? — спрашивает.

А Чансу ему в ответ:
— Это я, Чансу, разбудил тебя. Подыши немного в сторону, чтобы я к тебе подойти мог.

Стал великан в сторону дышать, а Чансу подошёл и говорит:
— Эх ты, великанище! На страну чужеземцы напали, а тебе и горя мало! Пойдём-ка лучше с врагами сражаться.

Зевнул великан, потянулся:
— Спать хочется… Ну да ладно, пойдём, прогоним гостей незваных, всё равно спать не дадут.

Взял он в руки огромную дубину, что с ним рядом лежала, и пошли они с Чансу дальше. Шли-шли и пришли к широкой реке. Стали Чансу с великаном думать, как через реку перебраться. Вдруг побежала куда-то река, понеслась что есть мочи и исчезла, будто бы её и не было. Перешли Чансу с великаном на другой берег, а там человек сидит. Подмигнул он им хитро, открыл рот пошире, и речка назад потекла, на своё место воротилась.

— Здравствуйте, люди добрые, — сказал человек, что на берегу сидел. — Я знал, что вы через реку перебраться хотите, вот и выпил её на время.

— Спасибо тебе, — отвечает Чансу. — Мы идём с врагами сражаться. Не пойдёшь ли и ты с нами?

— Как не пойти, пойду, — отвечает человек. — Не чужая ведь земля мне, родная. Выпью-ка я на всякий случай речку, может, она нам пригодится.

Выпил он речку, и пошли они дальше втроём.

Шли-шли и повстречали у перевала седую старушку. Увидала их старушка, запричитала:

— Куда же вы идёте, глупые? Впереди вас враги жестокие ждут. Перебили они всех в нашей деревне — одна я спаслась — и дальше идти собираются!

Рассердился Чансу, стукнул кулаком по скале.

— Не пустим врага! — говорит. — Не дадим через перевал пройти!

— Не дадим!-сказал великан и тоже хотел кулаком стукнуть, да побоялся: рухнет скала, много шуму наделает, раньше времени врагов потревожит.

А богатырь, что речку выпил, ничего не сказал, только головой кивнул: боялся он рот открыть — потечёт назад речка, снова тогда пить придётся.

Покачала головой старушка:

— Как же вы с ними справитесь? Вас ведь трое всего, а их тьма-тьмущая!

А Чансу ей в ответ:

— Не бойся, бабушка. Кто на родной земле да за правду борется — всегда победит.

Залез он на дерево и стал вдаль глядеть. А вдали нет никого, только деревья высокие стоят. Вдруг закачались, зашевелились деревья и к перевалу двинулись.

Смотрит Чансу — а это и не деревья вовсе, а полки вражеские, на головах у врагов шлемы надеты, в руках пики острые.
Слез Чансу поскорее с дерева и говорит товарищам:

— Как подойдут враги к перевалу, дуй, великан, во всю мочь, а ты, богатырь, как скажу, открывай рот пошире и выпускай речку на волю.

Спрятались богатыри за скалу и стали врагов поджидать.

Скоро за перевалом чужеземцы показались.

— Ну, великан, дуй посильнее, — говорит Чансу.

Лег великан на землю, вздохнул глубоко, надул щёки и принялся кверху дуть.

— Ай-я-яй,- завопили чужеземцы,-спасите, помогите!

Да только кто их спасать-то будет? Пошли на других войной — получайте по заслугам!

Взлетели они в воздух, а тут третий богатырь открыл рот пошире и речку выпустил. И в тот же миг великан дуть перестал.
Попадали незваные гости в реку и потонули все до единого.

А богатыри по домам разошлись. И договорились они в условленном месте встретиться, если снова враг пожалует.

Да только не приходили больше чужеземцы в эти края: богатырей боялись.