Главная » Виталий Бианки - рассказы

Заяц, Косач и Дед Мороз

Злой голой осенью вот уж плохо стало жить лесному зверю. Плачет Заяц в кустах:

— Холодно мне, Заиньке, страшно мне, беленькому! Все кусты облетели, вся трава полегла,- негде мне от злых глаз схорониться. Надел шубку беленькую, а земля черным-черна,- всяк меня видит издалека, всяк меня гонит-ловит. Пропала моя головушка!

Косач-Тетерев с берёзы бормочет:
— Боюсь понизу бродить, боюсь ягоду клевать. На верховище сижу, кругом гляжу, одни серёжки клюю. Ветром меня на ветках качает, дождём меня мочит,- сидеть нет мочи!

Медведь ворчит:
— Вовсе в лесу есть нечего стало,- хоть к людям иди, коров дави; давно бы спать завалился, да земля гола, берлога кругом видна — сейчас охотники найдут, сонного убьют.

Сговорились Заяц, Косач и Медведь,- послали Синицу за Дедом Морозом.

— Приходи к нам, Дед Мороз, принеси нам, Дед Мороз, снега, принеси нам, Дед Мороз, зиму!

Дед Мороз покряхтел, покряхтел — мешок снега на лес высыпал. Стало кругом бело да ровно. Медведь сказал:
— Вот и ладно. Спасибо тебе, Дед Мороз! Залез под кучу валежника. Кучу снегом запорошило,- и не видать, что там берлога.

Заяц сказал с оговорочкой:
— Спасибо тебе, Дедушка Мороз! Теперь не видно меня, беленького. Хороша твоя пороша, да вот тёплая, печатная: снег-то мягкий, пушной. Следишки мои на нём видны. Где ни ляжешь отдохнуть,- сейчас кто-нибудь найдёт.

А Косач — тот даже спасибо не сказал.
— Какая это,- бормочет,- зима, когда снегу — курице по колено, когда не прикрыл снег и лежачего полена! Зима наспех — курам на смех. Ни снегу, ни мороза. Что ж мне так всю зиму и болтаться на берёзе?

Пожалел его Дед Мороз,- давай снег на лес большими мешками валить да примораживать, чтобы крупитчатый был. Косач сказал:
— Вот это дело! — да бух с берёзы в снег. Там и ночевал: в норке-то тепло и не видно.

Заяц сказал:
— Дедка Мороз, а со мной-то ты что делаешь! Легко ли мне по эдакому снегу бегать? Глыбко. Ведь по уши в него проваливаюсь! А тропой пойдёшь,- тут тебе и Лиса встречь, тут тебе и капканы наставлены. Ты меня, Заиньку, пожалей: сделай, чтобы сверху снег был корочкой.

А Медведь — тот ничего не сказал: спал.
Пожалел Дед Мороз Зайца. Стал днём снег растоплять,- побежали под валежник струечки. А ночью сырой-то снег сверху давай мостить-примораживать. Сделал наст — крепкую ледяную корку.

Заяц сказал:
— Вот тебе спасибочко-то, Дедушка Мороз! Теперь всё ладно. По насту бегу, не проваливаюсь. Даже и следишек моих на нём не видать.

Косач сказал:
— Да ты что, Дед! Я с вечера в мокрый-то снег бухнусь, поглубже закопаюсь,- ан утром хоть голову себе разбей: ледяная крыша над головой!

А Медведь как выскочит из берлоги, как рявкнет:
— Эй ты, старик! Что снег топишь, струйки пускаешь! Все штаны мне подмочил!

Шарахнулся от него Дед Мороз.
— А ну вас! — говорит.- Привереды. Кому чего,- на всех не угодишь. Я лучше восвояси уберусь.

И ушёл.
Ну, сказать,- лесное зверьё не больно долго о нём плакало: взамен ему Синица живо Весну привела. А Весна,- сами знаете,- всем красна. И нам, и всему лесному зверью люба.

Всех утешила и всех развеселила. А как она это сделала,- о том другой сказ.